Спланированный контраст
------Фильм «Наступит лето» Кирилла Султанова - безоговорочный триумфатор фестиваля дебютов «Дух огня» в Ханты-Мансийске, но - с читкодом. Там есть Кирилл Кяро и Марк Эйдельштейн, заявлено классическое зло в виде депрессии, помноженной на деньги, и занятное визуальное решение - полный отказ от цвета.Вроде coming-of-age, вот прямо жанровое о взрослении: парень приехал в Москву, ищет себя, работу и любовь, пытается забыть прошлое. И вокруг него есть все способы пережить этот период максимально ярко.А вроде - артхаус, намеренно авторский, с красивыми плавными кадрами, с аккуратно расчерченным насилием как подвидом художественного решения, с шагом в сторону от того, что принято в последнее время называть «новым российским кино» (хотя какое оно новое, у него ещё и шанса-то проявиться и сформироваться не было).Словом, смотришь и ощущаешь: сделано так, чтобы казалось «это современное российское кино». А хотелось бы, конечно, не ощущать конкретных вещей - хотелось бы своё что-то испытывать. Просто смотреть, переживать, пугаться там, не знаю, рефлексировать. Но сидишь и чувствуешь «так специально задумано». Так что я, конечно, хвалю фильм за исполнение. Визуал - восхитительный, депрессия - настоящая, травмы - знакомые. Но что-то в нём есть такое хитрое, как будто кто-то заранее уже всё решил, и осталось только на титрах кивнуть: «да, этого я и ждал» или «ну, я так и думал». Словно заранее была спланировала реакция, все знали, что кино «выстрелит» и зацепит по выработанной схеме.Создатели фильма как будто по случаю залетели на фест: по сравнению с другими дебютами, у работы Кирилла Султанова была заметная фора, тут вообще сложно было выбрать кого-то другого. Кажется, кто-то слукавил, когда сказал «мы всё сами»: прокатчик «Самокат» заявил премьеру ещё до того, как завершился приём заявок на участие в фестивале.Мне фильм понравился. Красивый, стильный, эмоциональный, жёсткий. Но из-за ощущения, что это не случайный успех (слишком недебютный по сравнению с другими дебютами), я буду то и дело возвращаться к мысли, что реакция зрителя - спланированная история, и всё сделано по определённой, околоакадемической схеме, так, что не сработать просто не могло. И Марка в «Аноре», а затем танцующего на оскаровской вечеринке все успели увидеть до премьеры, так? И тут вдруг играет последнего парня на деревне, в шубах, деньгах, пистолетах, а главное - в таком очень красивом, понятном, доступном, намеренно разрисованном во всех слоях картины одиночеством. Контраст так хорошо спланирован, что почти веришь.
