Свит в стране грёз, Миллер в стране фейков
------Ох, каким же многообещающим был трейлер... Казалось бы, мир давно готов к современному прочтению истории Алана Шапиро «Увлечение» 1993 года и даже не в стиле «Don't Stand So Close to Me» группы The Police, а в стиле «Teach U a Lesson» Робина Тика.Что ж, я не профессиональный кинокритик, но этот фильм вряд ли горячо похвалит даже далёкий от сценарного мастерства человек.«Дженна Ортега имитирует свою же Уэнсдей Аддамс», «Это неловкий и не имеющий смысла момент в её карьере», «Мартин Фриман начал браться за всё, что дают» и прочее подобное летело изо всех щелей после премьеры фильма на Международном кинофестивале в Палм-Спрингс и выхода фильма в широкий прокат. Скорее всего, и зрителей, и критиков расстроило то, что фильм преподносился как психологический и эротический триллер, но вместо этого миру явили нечто предсказуемо-скучное, разбавленное в середине хронометража острой ноткой возбуждения. И, действительно, интеллектуального веса у данной картины ровно столько же, сколько и у рекламы какого-нибудь парфюма.Фильм пытался заигрывать с щекотливой темой, но так и остался провокационным лишь поверхностно, заботясь только о том, чтобы в любой ситуации выглядеть визуально роскошно, в итоге завершившись поспешно и как бы вынужденно. Своей неравномерной динамикой власти он больше похож на симбиотическую копию «Ядовитого плюща» с Дрю Бэрримор и «Дикость» с Кевином Бейконом, однако он обязательно найдёт свою аудиторию как и благодаря армии поклонников творчества Дженны Ортеги, так и тем, кто когда-либо чувствовал себя «вне коллектива» в подростковом возрасте и тем ностальгирующим, кто пережил подобную «запретную влюблённость».Джейд Холли Бартлетт для нас практически ноунейм – она разве что может быть кому-то известна тем, что занимала кресло сценариста фильма «Доктор Стрэндж: В мультивселенной безумия», пока не была заменена Майклом Уолдроном. Однако она работает сценаристом уже почти восемь лет, и среди её работ можно найти (до сих пор не увидевшую свет) киноадаптацию книжной трилогии британской писательницы Хлои Эспозито «Mad, Bad and Dangerous to Know» и некий черновик хоррора с Маккензи Дэвис «Няня». Да, не густо и как-то мутно: получается, что «Девушка Миллера» – её дебютный фильм как в качестве режиссёра, так и в качестве сценариста, чей сценарий наконец-то был экранизирован.Помня о том, что «синие занавески символизируют синие занавески» и о том, что лучше создателя за его творение никто не пояснит, обратимся к интервью с режиссёром-сценаристом. По её словам, «изначально она не пыталась сделать своим фильмом какое-либо заявление» – она «просто хотела написать молодого женского персонажа, который был бы вот таким умным и был бы на девять шагов впереди всех, но у которого случались бы моменты настоящей уязвимости». А затем случилась эпоха #MeToo, и Бартлетт «увидела Джона в новом свете» и бедняжку Каиро, «изолированную, лишённую непосредственного родительского участия в её жизни, «откармливающуюся» литературой 18-19 века и фильмами 20-го, из-за чего её концепции любви, отношений и физической близости по своей сути и являются проблематичными (ведь это всё сказка, ложь), попадающую в «сценарий» с человеком неординарным, который вдобавок замечает и выделяет её, и она, конечно, смешивает фантазию и реальность. Он переходит черту, а затем пристыжает её, и это душераздирающе. Она даёт ему так много шансов поступить по-другому, но его высокомерие не позволяет ему этого сделать. Джон не может принять своё поведение, потому что в таком случае он становится отрицательным героем, злодеем, и его представление о себе, как о хорошем человеке, писателе-неудачнике, который так старался, но не смог, разбивается вдребезги».Таким образом, если брать во внимание слова создательницы «Девушки Миллера», то её история близка и перекликается с историей, имевшей место в жизни Алана Шапиро, и это широченное поле кинематографических возможностей – пахать и пахать. Был бы только годный плуг. Да, в отношениях «ученик-учитель», «ребёнок-взрослый» именно взрослый обязан контролировать эти отношения. Однако давайте вспомним «Охоту» с Мадсом Миккельсеном – в случае чего-то неподобающего всегда верят несовершеннолетнему, даже несмотря на то, что никакой вины взрослого нет. И я не вижу Джона Миллера злодеем. Я вижу в нём человека, который когда-то давно пошёл не своим путём – отсюда и начались все его проблемы и «ненастоящая» – будто бы не его – жизнь: и жена ему не жена, а какой-то персональный цензор в чёрных бюстгальтерах и пеньюарах, столько лет живущий с ним под одной крышей, но якобы способный выносить его только благодаря алкоголю, и вдобавок постоянно напоминающий ему о том, что он творческий импотент, мол, «ты выбрал профессию учителя – почему я должна видеть в тебе кого-то другого?»; и лучший друг – не лучший друг, а поджавшая хвост псина, умывающая лапищи едва только на горизонте замаячила угроза обнародования его личных «тёмных делишек», отличающихся от дел Джона тем, что он «знает, где проведена черта, и никогда её не пересекает»; и любимая работа – не любимая работа, ведь он хотел бы писать и публиковаться дальше, но вынужден прозябать в маленькой школе где-то в Теннесси; и талантливая, амбициозная Каиро – не луч света в его тёмном царстве, ведь она влюблена не в него – она с подачи подруги (а после той жестокой сцены с нетрезвой Винни я сомневаюсь, способна ли Каиро вообще на искреннюю дружбу, не говоря уже о влюблённости и любви) влюблена в идею незаконного соблазнения и гонится за экзотическим опытом для эссе «Величайшее достижение на сегодняшний день» для поступления в Йельский университет.Каиро утверждает, что мистер Миллер «создал условия», в которой границы между учителем и учеником были размыты, но на самом деле их отношения никогда не были близкими в физическом плане, и именно общая зависимость друг от друга в поисках вдохновения создала эти условия. Так ли нужна нам сейчас, в 2024 году, эта давно перезревшая идея злобной Лолиты, упёрто готовой рушить карьеру человека, который её отверг?Многогранная, животрепещущая тема, талантливейший Мартин Фриман… и такой слабый, утомительный и нелогичный сценарий, увы, во многом так и оставшийся пьесой, написанной в театральном подвале.Возможно, мы ещё вспомним «Девушку Миллера» как неровный старт звёздной карьеры Джейд Бартлетт.А пока
