Неохотное искупление
------Еве 17, у нее веснушки и мечты, летом перед выпускным классом она работает в кафешке и почти незаметна для окружающих. Но случай делает её звездой - ведь её пытался изнасиловать известный певец. По крайней мере, так она говорит... Если по описанию фильма вы ожидаете драму о лжи, культуре отмены и раскаянии, вроде 'Искупления' Джо Райта или 'Охоты' Томаса Винтерберга, на просмотре вы будете очень удивлены. Мне прямо интересно, как питчили этот сюжет для финансирования: 'А давайте снимем смешное, душевное, доброе кино об изнасиловании!' Или - 'А давайте снимем теплое, милое кино, как мужика оболгали, посадили в камеру, лишили работы, почти довели до суицида - и никому за это ничего не было!' Этот диссонанс между материалом и формой преследовал меня во время всего просмотра на 46-м Московском Кинофестивале, где фильм получил, между прочим, приз в номинации 'Русские премьеры'. Трудно найти симпатичного персонажа в этом 'душевном' кино. Милая девочка Ева реально уничтожает жизнь мужика - никакой оправдательный приговор такое пятно в обществе не смывает (как в той же 'Охоте'), причём делает это как бы невзначай, с милой девической улыбкой. Мужика авторы специально сделали неприятно-мерзким, читаем между строк: 'Так ему козлу и надо!' Родители Евы демонстративно отстранены от дочери - показательны сцены встречи мамы и дочери в полицейском участке, где мама буквально смотрит мимо дочери, и разговора с папой в машине, где папа обсуждает дочь с кем-то по телефону так, будто ее и нет рядом. Следовательша в инфернальном исполнении Марьяны Спивак одержима желанием сажать мужиков - любых, чтобы загладить свои прошлые неудачи. 'Друг' Евы - юноша Лев - едва ли не главный антагонист фильма. Он реальный контрол-фрик, начинающий абьюзер, который буквально заставляет Еву продолжать свою ложь ради того, чтобы выглядеть в телевизоре героем (и заодно утереть нос папе - ещё одному контрол-фрику). Сестра Евы тоже хороша - 'закладывает' сестру, когда ей удобно. Практически единственный адекватный эпизодический персонаж в фильме - случайная подруга Саша в исполнении Даши Верещагиной. Сейчас лицо актрисы смотрит на вас в кинотеатрах с каждого ведра попкорна - она же Алиса из 'Сто лет тому вперед' - но в 'Лгунье' она играет куда более реального и живого человека - девушку, которая скрывает реальное насилие над собой. Когда ее героиня появляется на экране, фальшивая 'теплая' атмосфера, созданная цветокоррекцией и бодрой музыкой, будто рассыпается, и изнутри фильма пробивается другое, настоящее кино без розовых соплей и вот этого дурашливого хихиканья - ой, смотрите, лженасильнику сокамерники дали по яйцам, ой как смешно! Я, правда, не знаю, рекомендовать ли это кино к просмотру. Проблемы оно ставит правильные - одиночество, изоляция, желание выделиться любой ценой, и, собственно, цена пятнадцати минут славы, культура отмены как современная охота на ведьм(аков). Но выбранный тон и формат так сильно выбивают из колеи, что решение этих проблем и даже просто обсуждение их в этих условиях - практически невозможно.
