Слушая тишину
------Я не знал Ким Ки Дука. Не видел его работ. Не слушал его тишины… Но однажды, года полтора назад, я окунулся в непоколебимый тихий уединенный мир, где «любовь – лекарство, от которого надо отказаться». О, сколько людей становилось отступниками, бросавшими все, нарушавшими любые запреты ради, казалось бы, самой простой, самой обыкновенной любви! Сколько историй бродило по свету, скитаясь, привязываясь к людям и видоизменяясь со временем! Кто знает, быть может, когда-нибудь и «Весна, лето, осень, зима… и снова весна» Ким Ки Дука тоже взлетит вольной птицей, без привязанных чьей-то извращенной фантазией камней, и станет известной всему миру. А пока… пока этот фильм – та самая уединенная хижинка, скрытая за горами и лесами, где живет Мудрец со своей собственной философией. Его философия богата и щедра на символизм, на намеки, на метафоры и эпитеты. Это и камень, как те грехи, которые мы «навешиваем» на себя и других. И смены времен года, как неоспоримое однозначное развитие человека, когда стабильно наступает помешательство, согрешение, скитание и, наконец, очищение. И нетронутая красота природы, как единообразное девственное начало каждого человека, из которого выходят либо рыбы, либо жабы, либо змеи… либо люди. И деревянная лодка, как связующее нашего внутреннего и чьего-то внешнего мира. И много-много еще того красивого и тихого, что наполняет удивительную восточную культуру. А культура эта по-настоящему прекрасна. Она чиста и первозданна, слаженна и стройна, тиха и незаметна. Она словно призывает к гармонии с природой, с прародителями, с моралью, с самим собой. Она, при всей своей благородной гордости, будто бы подчиняется мастерству Ким Ки Дука, заставляет зрителя замолчать и настороженно и внимательно слушать тишину… И действительно кажется, что безмолвие говорит гораздо больше, чем слова. Созвучие с той жизнью, которую мы видим на экранчике компьютера, заполняет нас и остается на долгие-долгие годы, пока мы не решимся написать на бумаге слово «закрыть» и целенаправленно сжечь воспоминание. Мир Ким Ки Дука входит в зрителя и зовет его за собой, позволяя человеку заглянуть внутрь себя, внутрь своего «Я». И, что удивительно, каким бы не было это «Я», для него всегда найдется прощение. Одно единственное для всех. Как в свое время Федор Михайлович Достоевский позволил Раскольникову начать новую жизнь, так Ким Ки Дук дозволил своему монаху вернуться в весну. Может, не в ту весну, с которой начался его жизненный путь, но в ту, которая растопит заледенелое сердце и затушит ненависть ко всему миру. Подобно круговороту воды в природе, люди будут влюбляться, разочаровываться и снова влюбляться, только теперь в жизнь, а не в женщину. Можно ли сказать, что «Весна, лето, осень, зима… и снова весна» тоже о любви? Да, разумеется. Только о высшей любви. Не к одному человеку, а ко всему человечеству. В одном небезызвестном романе-эпопее от такой любви умирали, у Ким Ки Дука – возрождаются. Здесь человеколюбивое тихое прощение мира и самого себя – начало новой жизни. И не только своей… «Весна, лето, осень, зима… и снова весна» - картина, удивительная по своей красоте, значимости, гармоничности и успокоенности, чьи вечные ценности едины для любой нации, для любого времени. Они естественны и неоспоримы, подобно смене времен года. Лента Ким Ки Дука и ее смысл – та же весна, которая может задерживаться, может быть похожа на зиму, однако, вопреки всему, все равно, рано или поздно наступит и принесет лекарство, от которого, как мне кажется, все-таки не стоит отказываться, а после – настоящее очищение, которое в обязательном порядке следует пройти. Не восточный… мировой шедевр…
