Искусственный пранк
------Рудже, героине тайского хоррора «Реинкарнация. Картины с того света», срочно нужны деньги на операцию для дочери. Внезапное самоубийство отца открывает ей доступ к наследству – двум дорогим картинам с дурной репутацией, на которых изображена роковая незнакомка в странных позах. Правда, картины немного подпорчены трещинами – поэтому знакомый ее отца предлагает Рудже услуги своего сына-реставратора...Работа художника, мир таинственных полотен, мистика и искусство – всё это дает отличную почву для хоррора. Вот только далеко не у всех получается «Синдром Стендаля». Иногда получаются вот такие «Трещины» (оригинальное название тайской ленты), которые сами по себе являются ремейком турецкой картины «Портрет красавицы» (2019).Вроде бы всё как надо – экзотическое место действия (джунгли! змеи!), экзотичные герои (реставраторы-бунтари! художники-извращенцы!), экзотичные конфликты (равнодушие! социальное неравенство!), но первые две трети смотреть ленту невыносимо скучно. Все эти призраки в пыльных особняках набили оскомину давно и надолго. Девочка все время теряется, ее все время находят. В последней трети картина делает сюжетный финт, который придает ленте хоть какую-то смотрибельность... но это все равно превращается в ожидание финальных титров - и даже сцена после титров не радует, а вызывает зевоту, мол, ну что там еще?Проблем в фильме хватает – выделю две ключевые. Фильм отчаянно пытается играть в два жанра – в мистический хоррор про призраков и в маньячный триллер про месть: в самом сюжете я вижу некую аллюзию на это, ведь внимание зрителя расфокусировано между двумя (!) проклятыми картинами, не на одной. В итоге фильм шумно падает между двух жанровых стульев – они не дополнят друг друга, а мешают, отменяя или делая бессмысленными собственные сюжетные ходы.Вторая причина еще более банальна – раз уж вы снимаете кино, где чертовщина крутится вокруг маленькой девочки, позаботьтесь на кастинге, чтобы девочка-актриса была на своем месте. Юная исполнительница роли дочери Руджи ничего, кроме раздражения, не вызывает. Она не играет, а просто слоняется по фильму, иногда устраивая плач-истерику, и выглядит она не как девочка, которую напугали призраки, а как девочка, которой обещали мороженое и не дали. Да и болезнь ее героини (плохое зрение) вообще никак не играет на сюжет.Так что случайное совпадение – загадочную женщину на картине зовут Пранк – кажется судьбоносным, и вся постановка выглядит каким-то большим пранком. Мне вот было искренне любопытно, как реставрируют покрывшиеся трещинами картины. Но ангелоподобный реставратор (актер – участник какой-то азиатской поп-группы) даже кисточку за весь фильм в руки не берет. Пранк он и есть пранк...
